Великий Понедельник: за что Спаситель проклял смоковницу

Каким бы сложным не было испытание, но наступит время, когда все будет в прошлом и останется лишь только необходимость усвоения полученного опыта и формирование правильных выводов на будущее. Вот и закончилась покаянная Четыредесятница, время напряженного испытания совести, время сугубого подвига. А впереди нас ждет финальный рывок в направлении величайшей тайны и величайшего чуда Воскресения Христова, ради которого шесть недель назад мы вошли на поприще Великого поста.

Но Пасхальная радость немыслима и невозможна без того Страстного пути, которым прошел ради нас наш Спаситель. Не смотря на весь трагизм необходимости спасения человечества посредством смерти Богочеловека, богослужебные тексты понедельника, пропитаны надеждой, что именно этот путь открывает двери к познанию первореальности и первоосновы всего творения, двери к ведению неведомого Бога: «Господь, идя на добровольное страдание, говорил апостолам на пути: «Вот, мы восходим во Иерусалим, и предан будет Сын Человеческий, как написано о Нем»! Давайте же и мы, очищенными мыслями будем сопутствовать Ему, и ним распнемся, и умертвим себя ради Него для житейских наслаждений, чтобы с Ним и ожить, и услышать Его, возглашающего: «Уже не в земной Иерусалим восхожу, чтобы пострадать, но ко Отцу моему и Отцу вашему, и к Богу моему и Богу вашему, и вас с Собою вознесу в горний Иерусалим, в Царство Небесное!».

Здесь же, в кондаке на утрене, Церковь вспоминает и праведного Иосифа, как прообраз Христа, преданного собственными братьями, умершего для своей семьи, но праведностью своей прославившего Бога и прославленного Им, и впоследствии «воскресшего» к радости любящего его Иакова: «Иаков скорбел о потере Иосифа, а тот, доблестный восседал на колеснице, как царь почитаемый; ибо не став однажды рабом наслаждений с египтянкой, он обрел за это славу от Видящего человеческие сердца и Дающего венец нетленный».

Последнюю неделю Своего земного пути Христос провел в Иерусалиме с любимыми учениками.

Впереди нас ждут суды и предательства, муки и смерть, но сегодня, в Великий Понедельник, мы стоим в преддверии страстей Христа. И именно сегодня тот день, когда еще можно и нужно подвести некоторую черту и сделать выводы относительно качества наших великопостных трудов. Подталкивает нас к этому Евангельское чтение о проклятии бесплодной смоковницы.

Последнюю неделю Своего земного пути Христос провел в Иерусалиме с любимыми учениками, а потому событие это произошло за несколько дней до Голгофской казни. Вот, что повествует нам евангелист Матфей: «И, оставив их, вышел из города в Вифанию и провел там ночь. Поутру же, возвращаясь в город, проголодался; и, увидев при дороге одну смоковницу, подошел к ней, и, ничего не найдя на ней, кроме одних листьев, говорит ей: «Да не будет же впредь от тебя плода вовек». И смоковница тотчас засохла» (Мф. 21, 17-19).

Мы заем, что Спаситель часто говорил притчами, дабы через понятные образы тайны духовного мира донести до простых людей. Потому этот эпизод Евангельской истории следует воспринимать как притчу в действии. С ветхозаветных времен смоковница воспринималась в качестве символа благорасположения Бога к израильскому народу, народу сотериологической задачей которого была подготовка мира к встрече Мессии, и которая, впоследствии выродилась в политические чаяния земного владычества. С язычников тогда и спроса быть не могло. Ведь им еще только предстояло вступить в ряды борцов за Царство Небесное и принести свой плод, в том время как израильский народ перестал плодоносить и свою богоизбранность обратил в богоборчество.

За что Спаситель проклял дерево, если это не было время сбора урожая?

Евангелист Марк, рассказывая об этом же событии проклятия смоковницы, передает одну интересную деталь, опущенную Матфеем. Он пишет, что Христос «подойдя к ней, ничего не нашел, кроме листьев, ибо еще не было время собирания смокв» (Мк. 11,13). Казалось бы, за что Спаситель проклял дерево, если это не было время сбора урожая? Неужели Он не знал этого? Конечно же знал. Только эта маленькая подробность вносит дополнительные, ясные уточнения еще глубже раскрывающие смысл данного события.

Все дело в том, что существуют сорта смоковниц, у которых весной завязь плодов происходит раньше появления листьев на ветках, и когда остальные деревья только начинали «просыпаться» после зимовки, то на позеленевшей смоковнице тем более следовало бы ожидать наличие плодов. Вот и получается, что израильский народ, как богоизбранный носитель Закона, ко времени пришествия Христа, сохранил лишь внешнюю законность абсолютно пустую изнутри.

Это как раз тот вариант, когда в нашем народе говорят «иметь яркую обертку» – красивые, сочные, радующие глаз листья есть, а созревающих плодов – нет.

Мы всегда должны помнить, что Священное Писание это ни сказки, ни легенды, ни собрание сочинений или биографических сведений – это наша жизнь. Безусловно, большинство библейских образов имеет конкретный исторический уровень реализации, и проклятие смоковницы в таком контексте говорит об отвержении Христом отвергнувших Его слепых вождей Израиля. Это также пророчество о разрушении Иерусалима при императоре Веспасиане, но это также укор и предупреждения для нас – христиан. Ведь Господь все, что делал – продолжает делать. Как и две тысячи лет назад, Он все еще продолжает встречать бесплодные деревья.

Мы всегда должны помнить, что Священное Писание это ни сказки, ни легенды, ни собрание сочинений или биографических сведений – это наша жизнь.

Ладно нехристиане, ладно светский мир, живущий в рамках собственных собачьих законов. Но, а как же мы, те кто однажды пережил встречу со Христом и остался в Его Церковной ограде? Ведь нередко бывает, что наша духовная жизнь превращается не то что в бесплодную смоковницу, а в откровенно вонючую лужу. Потому-то важно помнить наставления преп. Симеона Нового Богослова: «Бог ничего так не любит и так не желает видеть в нас, как искреннее сознание своей ничтожности и полное убеждение и чувство, что всякое добро в нас, в нашей природе и нашей жизни происходит от Него одного как Источника всякого блага, и что от нас самих не может произойти ничего истинно доброго – ни помысел добрый, ни доброе дело».

В этот святой день каждый должен ответить себе: а что я сделал для своего спасения и для Бога? Не прошли ли отведенные для покаяния сорок дней напрасно? Какой плод собственного труда я могу повергнуть к ногам грядущего на смерть Спасителя?

В одном из слов святителя Григория Богослова, посвященного беззаконным нравам епископата его времени, словно страшный приговор, звучат слова: «Христос же напрасно пронзен гвоздями!». Если в IV веке, когда в Церкви, только вышедшей из катакомб, возвысился столь грозный голос великого святого, то, что уж говорить про нас?!

Греховный опыт – это тоже опыт. И дай Бог нам разума, сил и дерзновения сделать правильные выводы из совершенных ошибок, дабы никогда не услышать вердикта о том, что ради меня Христос напрасно пронзен гвоздями.