Дениз Берктай: «Деятельность Варфоломея в Украине противоречит национальным интересам Турции»

Турецкий журналист, писатель и политический аналитик Дениз Берктай, сотрудник ведущих турецких СМИ, рассказал пресс-службе УПЦ об оценке деятельности патриарха Варфоломея с точки зрения турецкой действительности.

– Дениз, вы не первый год работаете в Украине, церковную проблематику два года назад обсуждали даже с президентом Порошенко. Хотелось бы коснуться в нашей беседе личности константинопольского патриарха Варфоломея. У нас его обвиняют во вмешательстве во внутренние дела державы, в соучастии в предвыборной коррупционной афере Петра Порошенко. В Украине Конституция и законы запрещают не только иностранным, но и своим конфессиям заниматься политической пропагандой и агитацией. В информационном пространстве Турецкой Республики эта тема присутствует?
– В Турции на события, связанные с Варфоломеем, мало обращают внимания. Фанарский патриархат, который он возглавляет, рассматривается у нас как общественная, без статуса юрлица, организация местных греков, и ее правовой круг деятельности заключается в духовном попечении нескольких тысяч греко-православных граждан Турции. Варфоломей не международный, не «вселенский», не мифо-константинопольский, не «царьградский», а именно фанарский патриарх. Уровень его взаимодействия с государством – райадминистрация одного из районов Стамбула, где находится квартал, именуемый Фанаром, в котором располагается резиденция патриарха.

– Титуловаться именем квартала, конечно, оригинально. А сам патриарх признает этот титул? Или, может быть, Фанар – древнее, особо сакральное место? Ведь там патриархи проживали, а иные — даже гибли.

– Официальный титул Варфоломея сегодня – «Фанарский греческий патриарх». Резиденция историческая, но не древняя. При Византии она располагалась в Софии, а после завоевания Константинополя султан Мехмет II дал указание восстановить патриархат и избрать для греков патриарха. Его резиденцию размещали в разных районах Стамбула, наконец, она оказалась на Фанаре. Поначалу там стояла небольшая церковь, которая сгорела, а нынешний храм Святого Георгия, скромный снаружи, но благоукрашенный внутри, был построен на деньги московского царя Федора Иоанновича, которые патриарх Иеремия получил в Москве за учреждение Московского патриархата. После греческого восстания 1821 года там действительно был повешен патриарх Григорий V (тогда пострадало много фанарских греков), его тело русские вывезли в Одессу, а затем передали в Грецию.

– За 450 лет от завоевания Константинополя до Первой мировой войны сменилось полторы сотни патриархов, в среднем – каждые три года. Несладко им жилось в Турции?

– По-разному случалось. Древние кафедры (александрийская, антиохийская, иерусалимская) подчинялись стамбульскому патриарху, особенно его влияние расширилось после завоевания Сирии и Египта османами. Иерархи приезжали в Стамбул и решали все дела со двором султана и визирями только при посредничестве фанарского патриарха как главы всех православных христиан империи. Это устраивало руководство страны. При османах патриарх получил власть куда большую, чем давали ему права церковные. Это было удобно для управления христианским населением, за которое он отвечал. Все начало меняться, когда Османская империя стала терять силу. В конце XIX века сложилась ситуация, когда турецкие султаны не могли смещать патриархов в Стамбуле, патриархат стал инструментом внешних сил против Османской империи.

– Но после Первой мировой войны все вернулось на круги своя?
– Отношения власти и патриархата кардинально изменились. Турция, как известно, проиграла войну, основная часть ее территории была оккупирована войсками стран Антанты. Фанарский патриарх не только поддержал интервентов, но даже заявил о подчинении патриархата Греции. В 1921 году патриарх Мелетий IV, который являлся племянником греческого премьер-министра Венизелоса, был избран благодаря вмешательству Греции и греческих националистических группировок в Стамбуле.
Однако против оккупантов началась турецкая освободительная война 1919-1923 годов, которую возглавил Кемаль Ататюрк, интервенты были разгромлены и изгнаны. А фанарский патриархат предстал перед народом как пособник оккупантов. С тех пор многие турки негативно оценивают его деятельность, и отношение к самому существованию фанарской патриархии можно охарактеризовать как антипатию. После изгнания интервентов турецкие власти юридически очертили условия пребывания в Турции фанарского патриархата, что закреплено положениями международного Лозанского договора 1923 года между Турцией и странами Антанты.

– В чем эти условия заключались?
– Было высказано пожелание, чтобы патриархат либо покинул Стамбул и переехал в Грецию, либо, если он остается в городе, его деятельность ограничивалась бы духовным окормлением греков Стамбула. Стороны пришли к согласию, договорившись о том, что патриарх будет только главой греческой общины в Турции. Во-вторых, согласно решениям Лозанского договора и турецкому закону фанарский патриарх определяется как глава исключительно православных греков Турции, а не как вселенский патриарх, не ведет внешней политики, не является тем проводником, через который западные страны могут вмешиваться во внутренние дела Турции, как это было во время распада Османской империи. Поэтому турецкое государство не признает международный характер деятельности фанарского патриарха.

– Однако де-факто Варфоломей только этой деятельностью и занимается. Заключает договоры не с общественными или религиозными деятелями Украины, а с президентом страны о ставропигиях. Его общественной организации законом (!) парламента передается в Киеве исторический храм, отнятый большевистской властью у УПЦ. Под его руководством и его непосредственными помощниками проводится учредительное собрание ПЦУ, которая получает от Варфоломея грамоту и устав и начинает погромы и захваты сотен православных храмов как УПЦ, так и УПЦ-КП по всей Украине, которые длятся до сих пор. ПЦУ обвиняют в беззакониях, коррупции и даже похищении православного митрополита. Согласитесь, не всякая диверсионная, подрывная, экстремистская или даже бандитская организация может столько бед принести чужой стране, как Варфоломей и его общественники с Фанара.
– Я не православный, не украинец, не русский, не грек, а турок. Все, что происходит вокруг Варфоломея в Украине, – это проблема самой Украины. С моей стороны будет некорректным давать оценки украинским властям или православным верующим.

– А возможно ли, чтобы какая-то общественная религиозная организация (армян, курдов, тех же греков), зарегистрированная на Оболони в Киеве или на Фонтанке в Одессе, проводила бы в Стамбуле всетурецкие учредительные собрания, совершала бы по регионам страны патетические предвыборные агитационные туры с томосом, в котором золотыми буквами вписано имя одного из кандидатов в президенты Турции, и проклинала его оппонентов? А после этого не несла никакой ответственности за то, что она прославляла и пыталась навязать народу в руководители страны своего кандидата?
– Ситуация, описанная вами, попросту невозможна. Турция – светское правовое государство. У нас религиозным организациям запрещено участвовать не только в выборах, но и вообще в политической жизни. Никакими мифологическими или историческими правами, кроме обозначенных законом, фанарский патриарх не пользуется. О них вообще вряд ли кто знает. С другой стороны, то, что происходит в Украине, в Турции мало кому известно. В информационном плане можно сказать — это наш минус. До событий 2014 года в Турции в принципе ничего не знали об Украине, что можно считать информационным упущением отечественных СМИ. Что касается томоса, то, судя по реакции со стороны православных Украины, он стал причиной нового раздора. Его негативно восприняли как верующие УПЦ Митрополита Онуфрия, так и Филарет Денисенко, структуре которого эта грамота и выдавалась. Из текстов томоса и устава ПЦУ видно, что Фанар оставляет за собой право власти над этой религиозной структурой. Такая деятельность, конечно, ничего общего не имеет с правами греко-православного населения Стамбула.

– В недавнем рождественском интервью Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл сказал, что томос – результат давления на фанарского патриарха со стороны США, которые таким способом решили разорвать единство мирового Православия, боясь его возросшего на Балканах и Ближнем Востоке влияния. Насколько справедлива такая точка зрения?

– Давление началось не сегодня. Когда в 1943 году Иосиф Сталин вдруг освободил из лагерей священнослужителей, разрешил восстановить патриаршество, а после войны решил провести всеправославный собор в Москве, американское правительство тоже обеспокоилось влиянием СССР на восточные патриархаты. Тогдашний фанарский патриарх Максим V хорошо относился к Советскому Союзу. Более того, во время гражданской войны в Греции он отказался осудить местных коммунистов. Естественно, что для политики США он был неудобной фигурой в данном регионе. И в те времена турецкие власти, как теперь многие считают, допустили ошибку, позволив США вмешаться в свой суверенитет. Патриарха Максима V вынудили уйти на покой и уехать в Грецию. На его место был поставлен Афинагор, которого доставили в Стамбул на личном самолете президента США Трумена. Во время своей интронизации Афинагор заявил, что его главная задача состоит в борьбе с коммунизмом. Таким образом, с конца 40-х годов XX столетия фанарский патриархат превратился, можно сказать, в отдел пропаганды США. И до сегодняшнего времени это влияние продолжается.

– США – протестантская страна, как она может осуществлять влияние через православных?
– Не только через православных, но и через мусульман. В одном из интервью 60-х годов патриарх Афинагор прямо заявил: «Я был религиозной частью плана Трумена». Что касается мусульман, то, например, в азиатских странах бывшего Союза с начала 90-х годов США начали вести политику поддержки «умеренного ислама». На самом деле эти секты представляют собой организации экстремистского толка, которые США задействуют для давления на суверенную политику государств изнутри. То есть это никакой не умеренный ислам, а экстремисты, а их умеренность – это ширма США. Яркий пример «умеренного ислама» в Турции – руководитель одной из таких сект Фетхуллах Гюлен. Его организация «Хизмет» имела большое влияние в турецком обществе до недавнего времени. У Гюлена, кстати, установились дружеские отношения с Варфоломеем. Они встретились в 1996 году, после чего в изданиях Фетхуллаха Гюлена стали возвеличивать нравственный авторитет Варфоломея. В свою очередь патриарх Варфоломей начал возносить в своих речах роль Фетхуллаха в турецком обществе. Все акции и заявления Гюлена получали гласное одобрение со стороны фанарского патриарха. Оба всегда пользовались покровительством США. После попытки государственного переворота в 2016 году, когда погибло несколько сотен людей, «Хизмет» признана террористической организацией и полностью ликвидирована. Турция добивается выдачи Гюлена, который проживает в США. Так что гуманитарная поддержка иногда оборачивается отнюдь не гуманитарными переворотами.

– А в чем сегодня заключается поддержка США фанарского патриарха?
– Когда Майкл Помпео посетил Стамбул в ноябре 2020 года, он встретился только с главой Фанара, но не имел общения ни с кем из турецких государственных деятелей. Госсекретарь США не является ни главой православной церкви, ни православным, но вмешивается в религиозную жизнь, что видно из его встреч и высказываний при посещении различных патриархий. Это тот случай, когда в религиозные отношения в других странах США вмешиваются через турецких граждан. Варфоломей является гражданином Турции и возглавляет патриархат, который находится на территории Турции. И это уже явная внешнеполитическая деятельность. Есть опасность, что деятельность фанарского патриархата, который отображает политику США, а не Турции, может в будущем усложнить отношения турецкого государства с другими странами. Однако я считаю важным подчеркнуть, что все происходящее осуществляется не по инициативе Турции, но отдельного учреждения, которое ведет свою собственную политику вразрез с государственными интересами.
В свою очередь, после президентских выборов в США Варфоломей, не дождавшись официального подтверждения итогов, поздравил от имени «вселенского патриархата» и от имени «демократического мира» кандидата от демократической партии Джо Байдена.

– А как турецкие власти к этому относятся?
– В свое время администрация США не позволила проверять финансовую деятельность Фанара. Это удивительно, потому что патриарх является гражданином Турции, проживает на ее территории и возглавляет учреждение, входящее в юридическое поле турецкого закона. И, естественно, турецкие власти имеют право подвергать проверке патриархию на законных основаниях, как и любую другую организацию. Получается, что Фанар это государство в государстве, некий восточный «ватикан». Конечно, для Турции это неприемлемая ситуация.
Сегодня США требуют, чтобы для фанарского патриарха отменили обязательность турецкого гражданства. В этом случае в самой Турции будет функционировать организация, которую власти не будут иметь права в принципе каким-то образом контролировать. Вот именно поэтому можно сказать, что деятельность Фанара открывает для турецкого государства опасную перспективу.

– Спасибо за беседу. С наступившим Новым годом! Здоровья вам и успехов!

Беседу вел священник Игорь Стокалич
Пресс-служба УПЦ

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*